- Просто ты не тот человек, за которого я отдала бы свою жизнь. - спокойно ответила Элизабет. - И сложившихся обстоятельствах твой вопрос смешон. Еще вчера утром я говорила Ричарду, что мне не жаль, что тебя поймали и привезли к нему.
- А ради Мельбурна? - сузив глаза, растягивая слова спросил Алекс. - Ради него ты готова умереть?
Элизабет вздрогнула. Она сомневалась ровно три секунды. Лишь мгновение, открывшее ей истину.
- Нет. - вздернув подбородок, ответила Лиз.
- Он тоже не тот человек? А кто тот, Элизабет? И существует ли кто-то, кто может быть нам дороже нас самих? - горькая усмешка тронула губы Флетчера. - Подумай об этом, Лиз. Прежде, чем судить меня.
- Если бы он не предал меня...
- Если, если... - яростно оборвал ее Алекс. - На самом деле никакого "если" нет. Если бы мой отец не был негодяем, если бы король не обманул меня.... Если бы я родился богатым.... Стал бы я другим человеком? Изменило бы это меня? Нет никаких гарантий. Только следствия и обстоятельства. Ты тот, кто ты есть. И совершаешь только то, на что способен. Без если, без сожалений и сомнений. Ты не умрешь ради Мельбурна, потому что не хочешь этого, без всяких причин. Причины нужны для успокоения так называемой совести. Открой глаза и посмотри на мир не предвзято, сними шоры, увидь его таким, какой он есть, и играй. Или умри, ради самой себя.
- Твоя слова звучат так .... Опустошающе, обреченно. И все же я не согласна с тобой. Каким бы не был жестким мир, в нем есть место любви и милосердию. И в глубине души ты не можешь не верить в это, иначе не помог бы Джону Дургаму. Ты считаешь его своим другом, но друзья предают, это твои слова. Ты очень ожесточен, и быть может, не без причин. Тебе не хватает любви и понимания. И ты не сделал ничего, чтобы заслужить их, иначе знал бы, что цель может быть иной, отличной от той, что выбрал ты. На самом деле все твои слова - лишь жалкое оправдание совершенным преступлениям.
- Кто знает. - пожал плечами Флетчер. - Возможно ты права. Нет смысла спорить о том, в чем мы никогда не согласимся. И неизвестно, что будет завтра. Вдруг ты станешь той женщиной, ради которой я решу пожертвовать свою жалкую жизнь.
Элизабет холодно рассмеялась над его словами. Она слабо представляла Алекса в подобной роли. Игра в злодея ему удавалась гораздо лучше.
Они заночевали в лесу. Расстелив одеяла вокруг костра, они спали по очереди, охраняя сон остальных. Повезло, что не было дождя....
Следующие три дня тянулись мучительно долго. Не смотря на быстрый темп передвижения и близость цели, путники чувствовали накопившуюся усталость. От недосыпания и долгое нахождения в седле, все тело Элизабет болело и ныло. Она мечтала нормально поесть, вымыться и проспать сутки в чистой и теплой постели. Но пока ее желания оставались далекими и недостижимыми. Черствый хлеб, глоток воды и вяленое мясо - вот основное блюдо, которым приходилось довольствоваться два раза в день - утром во время сборов, и поздним вечером, перед сном. Днем они старались не останавливаться. Иногда Алексу удавалось поймать рыбу в попавшемся в дороге водоеме, или пристрелить зайца, и тогда ужин становился почти царским. Единственное, что хоть немного радовало Элизабет - так это неожиданно смирившаяся со всеми невзгодами долгого пути Беатрис. Она прекратила стенанья и жалобы, чем сильно облегчила жизнь остальным. Самым сложным в путешествии были ночевки под открытым небом. И когда изменчивая погода проявляла солидарность, спать на жесткой холодной земле, пусть и на нескольких одеялах и в близи костра, было почти терпимо, но к концу третьего дня, везению путников пришел конец. Начался дождь, проливной, холодный, с порывистым ветром. Совершенно обессиленные, путники остановились на ночь в небольшой рощице. Алекс на скорую руку соорудил нечто, напоминающее шалаш, набросав на скрывающие их ветки деревьев промокшую одежду, которая теперь служила им щитом против ледяных струй дождя. Благо в мешках, собранным родственниками Мэри Бренон нашлась сухая смена одежды для всех. Алексу повезло больше - его куртка была сшита из кожи и не пропускала влагу. Надев на себя целую дюжину теплых рубашек и толстую куртку из плотной ткани, Элизабет едва могла двигаться. Она прекрасно понимала, что, если дождь не закончиться, все ее старания пойдут прахом всего через пару часов в седле.
В эту холодную промозглую ночь, не смотря на дикую усталость, девушка никак не могла заснуть. Влажные одеяла совсем не согревали, а печальные мысли упорно гнали сон. Подняв голову, она заметила склоненную у костра фигуру Александра Флетчера. Он жарил на огне недавно пойманную куропатку. Он сидел совсем рядом, и Элизабет чувствовала жар от костра на своем лице, в то время, как тело занемело от холода. С другой стороны их тесного убежища дремала Беатрис.
- Что будем делать, если утром дождь не закончиться? - хрипло спросила Элизабет, наблюдая, как жир стекает с несчастной птицы в костер и протестующее шипит.
- У нас мало времени. Нельзя останавливаться. Я бы отдал тебе куртку, Лиз. Но вас двое. - не оборачиваясь сказал Алекс.
- Ничего страшного. Я понимаю. - отозвалась Элизабет. - Я выдержу. Ты можешь помочь Риссе. Она не так закалена, как я.
- У тебя сел голос. Ты уже простыла. - Флетчер поковырял ножом кусок дичи, и удовлетворенно кивнув, уверенно проткнул его и сняв с ветки, протянул Элизабет.
- Поешь, раз поспать не удается. - сказал он. Девушка поблагодарила его. Сняв перчатки, она взяла дрожащими пальцами горячее мясо, и вонзила в него зубы. Кто бы мог подумать, что ей придется спать и есть в таких условиях!
- Сколько нам еще ехать? - утолив голод, спросила Лиз. Алекс пожал плечами, по прежнему глядя на огонь.
- Два дня. Минимум. Нужно еще немного потерпеть. Мне жаль, что я не могу отвезти вас в гостиницу.
- Ты уже все объяснил. Не нужно извиняться. И не моем положении выказывать недовольство. Одна бы я точно далеко не ушла. - печально усмехнулась Элизабет. Она скользнула взглядом по поникшей фигуре Флетчера и задумалась, вспомнив об истории, рассказанной Розой Дургам. Возможно, другого шанса выяснить всю правду, у нее не будет. Неизвестно, что случиться завтра. И доберутся ли они живыми до Донкастера.
- Миссис Дургам сказала, что ты и Мария Мельбурн были молочными братом и сестрой. Выросли вместе. Это так? - осторожно спросила Элизабет. Она заметила, как напряглась спина Алекса, но он не обернулся к Лиз.
- Да. Так и было. - немногословно ответил мужчина. - Хочешь сидра? Согревает. - он протянул ей металлический сосуд с широким горлом.
- Вы были близки? - оставив незамеченным жест Алекса, продолжила расспросы Элизабет. Флетчер тяжело вздохнул, приложившись губами к сосуду с сидром.
